Неточные совпадения
1 января 1890 г., по данным, взятым мною из казенных ведомостей, на всем Сахалине, в тюрьмах и колонии,
дворян было 91 и городских сословий, т. е. почетных граждан, купцов, мещан и иностранных подданных, 924, что вместе составляло 10 % всего
числа ссыльных.
О Бакунине я и раньше слыхал часто и помногу от разных посетителей Герценовой гостиной в Лондоне, в том
числе от А.Ф.Писемского, который прекрасно передавал его тон и даже интонации его зычного, как бы протодьяконского голоса (хотя он и ничего общего с духовным званием не имел, а был и остался характерным российским
дворянином, тверским экс-помещиком и московским интеллигентом 30-х годов).
Если личность Андрея Андреевича так ложится под тип необъятного
числа русских
дворян старого времени, постепенно исчезающий на наших глазах, то личность жены его, Елизаветы Андреевны, была более замечательна.
Молодой человек, с которым мы повстречались на дороге, принадлежал к
числу средней руки
дворян Славнобубенской губернии.
Затем, в
числе самых настоятельных, первых действий «Молодой России» представлялась неизбежная необходимость вырезать, по крайней мере, хоть полтораста тысяч русских
дворян и помещиков, смертью казнить вообще всех собственников, положить под топор всех вообще ретроградов и противников благодетельной радикальной реформы и идей «молодой России».
В Петербурге убили царя, винят в этом
дворян, а говорить про то запрещают. Базунова полицейский надзиратель ударил сильно в грудь, когда он о
дворянах говорил, грозились в пожарную отвести, да человек известный и стар. А Кукишева, лавочника, — который, стыдясь своей фамилии, Кекишевым называет себя, — его забрали, он первый крикнул. Убить пробовали царя много раз, всё не удавалось, в конец же первого
числа застрелили бомбой. Понять это совсем нельзя».
Маскарады при ней давались два раза в неделю; один из маскарадов был для придворных и знатных особ, для военных не ниже полковника; иногда же на эти маскарады позволялось приезжать всем
дворянам и даже почетному купечеству.
Число находившихся на этих маскарадах не превышало 200 человек. На маскарадах же для всех
число доходило до 800 человек.
Гренадерская рота Преображенского полка получила название «лейб-кампании», капитаном которой была сама императрица, капитан-поручик в этой роте равнялся полному генералу, поручик — генерал-лейтенантам, подпоручик — генерал-майорам, прапорщик — полковнику, сержант — подполковникам, капрал — капитанам, унтер-офицеры, капралы и рядовые были пожалованы в потомственные
дворяне; в гербы их внесена надпись «за ревность и верность», все они получили деревни и некоторые с очень значительным
числом душ.
Меж тем
число гостей значительно умножилось приездом соседей Шалонского; большая часть из них были: поместные дети боярские, человек пять жильцов и только двое родословных
дворян: Лесута-Храпунов и Замятня-Опалев.
Бабушка, к дому которой никакие вести не запаздывали, слушала об этом новом лице с каким-то недоверием и неудовольствием. Я забыла сказать, что в
числе ее разных странностей было то, что она не жаловала графов. По ее правилам, в России должны быть царский род, князья,
дворяне, приказные, торговые люди и пахотные, но графы… Она говорила, что у нас искони никаких графов не было, и она будто бы вовсе не знает, откуда они берутся.
Дядя был богат, то есть он имел вдвое больше деревень и земель, чем имели, например, мы, считавшиеся в своем краю вообще в
числе очень состоятельных
дворян.
Оный же
дворянин Перерепенко имеет посягательство на самую жизнь мою и до 7-го
числа прошлого месяца, содержа втайне сие намерение, пришел ко мне и начал дружеским и хитрым образом выпрашивать у меня ружье, находившееся в моей комнате, и предлагал мне за него, с свойственною ему скупостью, многие негодные вещи, как то: свинью бурую и две мерки овса.
Первые считались как бы телохранителями царя, выбранные им в
числе шести тысяч человек из князей,
дворян, детей боярских; им были отведены, как мы уже упоминали, в Москве особые улицы, им розданы поместья в избранных царем городах.
Иной раз в наших местах задаются такие характеры, что, как бы много лет ни прошло со встречи с ними, о некоторых из них никогда не вспомнишь без душевного трепета. К
числу таких характеров принадлежит купеческая жена Катерина Львовна Измайлова, разыгравшая некогда страшную драму, после которой наши
дворяне, с чьего-то легкого слова, стали звать ее леди Макбет Мценского уезда.
Кажется, он был из
числа тех молодых русских
дворян, которых Петр посылал путешествовать.
— Лифляндский
дворянин? — прервал с горькой усмешкой старик, сидевший в карете и терявший вовсе терпение. — Неправда! Лейонскрон из
числа тех восьми графов, двадцати четырех баронов и четырехсот двадцати восьми
дворян шведских, которых угодно было королеве Христине — не тем бы ее помянуть! — вытащить из грязи. Надо называть каждую вещь своим именем; всякому свое, Фриц!
Еще в 1697 году («25-го марта» — это
число было у него записано красными чернилами и огромными буквами в календаре), смешавшись в толпе лиф-ляндских
дворян, прибывших встретить русского монарха на границе своей в Нейгаузене, он видел там лично этого великого мужа, ехавшего собирать с Европы дань просвещения, чтобы обогатить ею свое государство.
Так, когда
дворяне некоторых губерний изъявили желание на составление комитетов по крестьянскому делу еще в конце прошедшего года, дворянство здешней губернии такое желание изъявило лишь в апреле текущего года, в
числе последних.
О том, до какой степени доходило у нас в девяностых годах общее расстройство управления по всем частям, всего лучше рассказывает князь Щербатов в своем «Рассуждении о нынешнем в 1787 году почти повсеместном голоде в России», в «Размышлении о ущербе торговли, происходящем выхождением великого
числа купцов в
дворяне и офицеры» и в сочинении «О состоянии России в рассуждении денег и хлеба в начале 1788 года, при начале турецкой войны».
А какие на свете были перегудинские
дворяне и сколько их было
числом, то это Оноприй Опанасович сказывал сбивчиво, и думается, что всех их и описать нельзя, а довольно сказать, что все они ссорились и старались докучать и досаждать друг другу.